IT-компании

Киберспорт - это крупная индустрия, мировой рынок киберспорта в 2025 году оценивается порядка 3,7 млрд. $. Основные статьи доходов на рынке так или иначе связаны с турнирной деятельностью - спонсорство турниров, продажа медиа прав, гонорары.

Однако, есть один крупный игрок, который, на первый взгляд, не вписывается в эту систему, он не только агрегирует у себя 37 миллионов пользователей в месяц со всего мира, но и в некоторой степени заменила официальный матчмейкинг Counter Strike. Как вы поняли из названия, речь идёт о Faceit - мультидисциплинарной киберспортивной платформе.

В этой статье я хочу немного углубиться в историю и разобраться как платформа, созданная в 2012 году, завоевала любовь аудитории и остаётся популярной до сих пор.

Предисловие: вся информация находится в открытом доступе. Статья написана с целью привлечения внимания к общественно важной теме.

Я хочу всесторонне разобраться в ситуации, услышать комментарии всех участников (особенно компаний «Яндекс» и «Авито») и только после этого делать какие-либо выводы, и вас к этому тоже призываю.

Недавно вышло интервью HR из Яндекса основателю сообщества «Осознанная меркантильность». В нём говорилось о найме, «красных флагах» в резюме соискателей и другом булщите о найме, от которого уже тошнит...

Примерно сутки спустя в том же сообществе появился комментарий от девушки. Она увидела на YouTube интервью с сотрудницей Яндекса (конкретно из Финтеха, если ссылаться на содержание).

Девушка вспомнила, что эта сотрудница когда-то писала о ней пост в своём Telegram. Я чекнула, там 1500+ подписчиков, включая, скорее всего, HR, так как наша HR из этой истории является публичным лицом, активно участвует в конференциях для HR и ведёт подкаст о HR-сфере на YouTube.

По словам девушки-соискателя, пост HR был обезличен, но содержал много деталей, и её команда, скорее всего, поняла, что речь идёт о ней. Затем девушка пошла на собеседование в Авито, где получила отказ с формулировкой «нам дали плохой фидбэк в Яндексе». Кто дал — неясно. На каком основании вообще запрашивали этот фидбек — тоже неясно. Кто передал информацию о бывшем сотруднике — опять же непонятно.

Такое часто бывает на рынке труда. HR могут собирать информацию друг у друга по знакомству. Не факт, что запрос идёт к вашему бывшему руководителю или коллеге, ведь неизвестно, кто входит в круг общения конкретного рекрутера. Гипотетически возможна ситуация: у вас есть коллега, которая по своим причинам вас недолюбливает или даже ненавидит. HR случайно обратился за реферс, и вуаля, вы не только получаете отказ, но и в системе отслеживания кандидатов (ATS) потенциального работодателя появляется пометка «предыдущие коллеги дали плохой референс». Далее эта метка остаётся в системе, и даже спустя 2–3–4 года новый HR, не вникая в детали, может сделать по ней выводы и отказать вам.

История Yamaha — это путь от небольшой мастерской по ремонту музыкальных инструментов до глобального технологического конгломерата. С момента своего основания компания разрабатывает и защищает технологии, которые задают направление развития целых отраслей. У нее тысячи мировых патентов и товарных знаков. О них и не только — в нашем материале.

Свою первую программу я написал в 1988 году на калькуляторе МК52. Очень хотелось программировать и даже максимально странный интерфейс не останавливал. Утекло почти 40 лет. Были Атари, Синклеры, 286 IBM, Интернет, смартофоны. Но все эти технологии входили как-то постепенно, приспосабливаясь и без шока.

AI ворвался в жизнь бывалого ИТшника как пыльным мешком по голове. После первого шока, скормленных Дипсику результатов анализов, идей подарков, профессиональная «чуйка» потребовала придумать новой чудо‑технологии боевое применение в том, чем я занимаюсь каждый день на протяжении всей сознательной жизни.

Фокус группы не сформулировали внятного предложения куда погрузить AI — было решен что потрачу время и часы штатных программистов на то, чтобы уменьшить свою боль — держать в голове кучу технических нюансов, документации, кейсов и лайфхаков.

Подавляющее большинство изображений кубика Рубика — в иллюстрациях, принтах на одежде, мультфильмах, компьютерной графике и особенно в генерациях нейросетей — воспроизводят неправильные кубики. Чаще всего это невозможные в реальности комбинации цветов, реже к некорректным цветовым схемам добавляются нарушения геометрии и структуры кубика. Разгоняем эту тему в статье.

Каждый разработчик в начале пути видит перед собой ясную лестницу: Junior → Middle → Senior. Рост компетенций сопровождается ощутимым ростом зарплаты, и это даёт мощный заряд мотивации. Но что происходит, когда вы достигаете уровня Senior? Зарплата упирается в «стеклянный потолок», задачи становятся однотипными, а привычный драйв исчезает.

Привет, это новый выпуск «Нейро-дайджеста» — коротких и полезных обзоров ключевых событий в мире искусственного интеллекта и технологий. 

Неделя выдалась насыщенной: китайцы выкатили MiniMax-M2.1 для кодинга и агентных задач, новая мультимодальная опенсорс LTX-2 и обновлённый Qwen-Image-2512. ИИ для документаций, озвучка текста в браузере и штрафы за нейро-видео.

Всё самое важное — в одном месте. Поехали!

Представьте: вы пишете "перезапусти продакшн-сервер" в Telegram, и система не просто понимает запрос — она знает, какой именно у вас сервер, что на нём запущено, кто будет затронут простоем, и предлагает конкретный план действий. Без панелей управления, без SSH, без поиска в документации.

Это не шизофреническая фантазия. Это ICNLI (Infrastructure Contextual Natural Language Interface) — открытый стандарт, который мы разработали и уже внедрили в production на десятки серверов.

ASML появилась на свет в середине 80-х. Причем первоначально ее рассматривали как обузу внутри фирм Philips и ASM, ставших создателями будущего гиганта индустрии. Как компания, воспринимаемая аутсайдером в бизнес-среде, заняла лидирующие позиции и заработала миллиарды долларов — расскажем подробнее в нашей статье.

Представьте себе такую картину: пятничным вечером вы нажимаете кнопку воспроизведения видео на Netflix. Не проходит и нескольких секунд, как в ответ на это в недрах системы оживают сотни контейнеров. Обеспечение эффективной работы большого количества контейнеров в Netflix — это один из краеугольных камней обеспечения качественного потокового видео для миллионов пользователей со всего мира. Для того чтобы обеспечить высокую скорость реакции системы таких масштабов, мы модернизировали нашу среду выполнения контейнеров (контейнерный рантайм, container runtime), но, сделав это, мы столкнулись с неприятной неожиданностью, сдерживающей рост нашей системы. Это — архитектура процессоров.

Предлагаем вашему вниманию историю о том, как мы диагностировали эту проблему, и о том, что мы узнали о масштабировании контейнеров на аппаратном уровне.

В 2025 году Уоррен Баффетт официально ушел на пенсию. Почти 60 лет он возглавлял Berkshire Hathaway и оставался одной из ключевых фигур мирового инвестиционного сообщества. Его ежегодные письма акционерам, публичные выступления и сделки по покупке акций изучались инвесторами по всему миру — от частных лиц до крупнейших институциональных игроков.

После ухода 95-летнего инвестора рынок закономерно задается вопросом: появится ли фигура сопоставимого масштаба — человек, чьи подходы, решения и философия станут ориентиром для миллионов инвесторов. Ниже — несколько кандидатов, которых чаще всего упоминают в этом контексте.

Автоматизированную упрощённой систему налогообложения (АУСН) подают как максимально простой и удобный режим: никаких деклараций, минимум отчётности, автоматический расчёт налогов. Но с другой стороны, может возникнуть ощущение, что речь идёт не просто о новом специальном налоговом режиме, а о принципиально иной модели налогового контроля.

Я хочу посмотреть на АУСН именно с этой точки зрения: как на систему, к которой государство целенаправленно стремится, и которая, по сути, может стать (а по моим наблюдением уже становится) будущим налогового администрирования для малого бизнеса, а в перспективе и для среднего.

Для тех, кто читает меня впервые: за плечами почти 12 лет работы в ФНС, поэтому обозревать этот налоговый спецрежим я буду с позиции бывшего налоговика.

Хабр, привет!

Сегодня мы хотим поговорить с вами о выборе СУБД для WMS не как о сухой технической дискуссии, а как о стратегическом решении, от которого зависит безопасность, бюджет и будущая гибкость вашего бизнеса. Речь пойдет не о том, «почему PostgreSQL технически лучше», а о том, почему он стал единственным безопасным, экономичным и перспективным решением для российских складских систем в новых реалиях.

Это не просто еще одна статья про базы данных. Это — дорожная карта для тех, кто не хочет однажды проснуться с парализованным складом и многомиллионными штрафами из-за неверного выбора, сделанного вчера. Мы в INTEKEY прошли этот путь осознанно, и сегодня наши WMS-проекты для крупнейших игроков рынка работают на PostgreSQL. Мы не понаслышке знаем, где подстерегают "подводные камни" и как их обойти.

Праздники в ИТ часто выглядят одинаково — независимо от десятилетия. Меньше людей в офисах, меньше изменений в инфраструктуре, меньше внимания к мелочам. И сегодня мы воспринимаем это как очевидную истину: длинные выходные — время повышенного риска.

Но в конце 1980-х эта мысль ещё не была частью профессионального мышления (по крайней мере, в практике академических и корпоративных сетей). Компьютерные сети того времени казались чем-то устойчивым, почти «институциональным». Они были дорогими и медленными. Пользователи часто знали друг друга лично, а саму сеть воспринимали как продолжение научного сообщества — но не как потенциально враждебную среду.

В такой атмосфере доверие не считалось уязвимостью. И именно в этой среде появились одни из первых широко заметных сетевых инцидентов, которые заставили операторов думать категориями «инцидент / реагирование / процедуры». Оба случились в праздничный сезон. Оба были замаскированы под безобидные шутки. И оба показали, что даже самые доброжелательные системы могут навредить сами себе.

Статья подготовлена по мотивам материала IEEE Security & Privacy, публикации Брайана Хэмэна и отчёта команды безопасности SPAN (NASA).

Соглашение Meta✶ — материнской компании Facebook✶ и Instagram✶ — о покупке стартапа Manus более чем за 2 миллиарда долларов, объявленное недавно обеими сторонами и подтверждённое The Wall Street Journal, стало одним из самых недвусмысленных сигналов последнего времени. Крупные технологические платформы больше не соревнуются лишь в качестве моделей — на кону контроль над уровнем исполнения, тем самым слоем, где ИИ превращает рассуждения в сделанную работу.

Приветствую, коллеги! Это опять @ProstoKirReal. В прошлых статьях я с вами обсуждал историю развития SFP-модулей и оптические кабели.

В данной статье я бы хотел вместе с вами заглянуть «под капот» SFP-модуля и рассказать о базовых принципах его работы, стандартах и методах кодирования.

Праздничные дни — это не только культовая классика по ТВ и тонны салатиков с фейерверками. Для бизнеса это рост продаж, всплеск трафика и сотни автоматических задач. Для инженерной команды это еще и проверка на прочность: достаточно одного забытого cron-а, одного просроченного сертификата или одной горячей рассылки — и вы получаете массовый инцидент в самый неудобный момент. 

В статье разберем, почему именно новогодние и рождественский ажиотаж становится проверкой для сервисов и систем. Посмотрим реальные сценарии фейлов и разборов, которые можно сразу положить в on-call playbook. Берите свое новогоднее настроение, прошу всех под кат.

Аннотация

Финансовые операции в региональном банке обрабатывает PHP-скрипт 2003 года. Интернет-банк держится на HTML-фреймах, давно исключённых из стандартов. Это не архив веб-технологий — это продакшен 2026 года, полный «технического долга». Статья «Археология кода» на Хабре показала: это не баги, которые можно пофиксить, а скрытая мина замедленного действия под бизнесом. Каждый день работы такой системы — это не явный счёт на рефакторинг, а постоянная утечка денег: на замедление разработки, на исправление неочевидных сбоев, на упущенные возможности.

Пришло время перестать говорить о техдолге как о метафоре. В условиях 2026 года, где скорость вывода продукта решает всё, он становится чистой экономикой — системными финансовыми рисками и реальными отложенными издержками. Но как доказать это руководителю, который видит только счёт от команды на «непонятное улучшение архитектуры»? Как принять взвешенное решение: погашать долг сейчас или отложить?

В этой статье мы не будем философствовать. Мы построим инструмент для принятия решений. С помощью математической модели и анимированных графиков в MATLAB мы визуализируем экономику технического долга. Вы увидите, как он накапливается и «проедает» бюджет, как разные стратегии управления им сказываются на скорости команды и, в конечном счёте, на деньгах компании.

Прочитав материал, вы получите не просто понимание проблемы, а конструктивную основу для собственных расчётов: готовую модель, которую можно адаптировать под параметры вашего проекта, и идеи для экспериментов, чтобы количественно оценить риски и найти оптимальную точку для инвестиций в качество кода.

В прошлом году мы просили коллег из Selectel рассказать, как прошел их самый запомнившийся в жизни Новый год. Были ночевки посреди заброшенного лагеря, походы по незнакомым компаниям, уютные просмотры «Гарри Поттера». Не обошлось без работы в новогоднюю ночь. Вы хотели больше таких историй — мы читали ваши комментарии. А все, что загадывается в новогодний период, обязательно осуществляется.

Вашему вниманию — пять рассказов о том, каково это: встречать главную ночь года в дата-центре.

Компания Samsung недавно показала Exynos 2600. На минуточку, это первый в мире мобильный процессор, созданный по 2-нанометровому техпроцессу. Конечно, эти нанометры маркетинговые, но все же новинка — заметный шаг вперед для отрасли. Samsung первой довела новый техпроцесс до серийного мобильного чипа, тогда как Apple, Qualcomm и MediaTek пока что используют 3-нанометровые решения в массовых продуктах. Exynos 2600, скорее всего, станет основой для смартфонов Galaxy S26, релиз которых ожидается в феврале 2026 года. Чем интересен этот чип, как Samsung удалось вырваться вперед и какие вопросы остаются? Давайте разберемся.